- Ва-а-ньк, сынок... - мать легонько потеребила плечо,
разбудила. - Хватит потягиваться. Вставай... сходи в магазин...
- Чё так рано-то? Спать охота... - недовольно проворчал я,
глубже уткнулся в подушку.
- Вставай-вставай... Выспишься ещё, успеешь... Смотри, уж
день-деньской на дворе.
Я полежал, сладко потянулся... нехотя стал одеваться.
Мать вытащила из комода десятку, подала.
- Зачем так много?..
- С вечера не разменяла... Купишь хлеба, сахару, масла бутылку,
- наказала она, - а я к твоему приходу как раз блинов напеку...
- Пимы надень - на дворе студёно... Смотри сколь cнегу за ночь
намело, не гляди, что осень! - живо сунулся из-за печки дед.
- Одеваю уже...
- Деньги зажми в кулак покрепче. Да смотри, не потеряй, эти -
последние до получки! - крикнула мать вдогонку.
- Не боись! - буркнул я. - Прям как с маленьким...
Эх, хорошо на улице! Морозец. Ранний снег скрипит, сверкает, аж
в глазах больно. Пацаны уже на дворе. Носятся, орут!
- Ванька, ты куда? Айда к нам!
Побеситься бы с ними, конечно, не грех, но...
- В магазин схожу, потом...
Я шёл, распинывая пушистый снег, размахивая сеткой. Вдруг в
спину - толчок, другой... Обернулся - ребята атаковали и со смехом
"обстреливают" меня снежками.
- Ах вы так!? На наших?! Ну держись!..
Сунул деньги за отворот шапки, сетку - в карман пальтушки,
слепил снежный мячик, и - огонь!
- Пол-л-лу-чай! А вот ещ-щё! И ещ-щё!..
Сколько времени мы пушили друг друга, боролись - мерялись
силушкой, не знаю, только как по затылку стукнуло: Ёлки-палки! - В магазин же
надо! Мать с дедом заждались, поди.
- Всё, пацанва, побежал я!
В магазине очередину отстоял, набрал чего мать велела.
Рассчитываться собрался - тык-мык, а денег нету. Все карманы вывернул, все
складочки пообшарил... Ёлки- палки!.. - Нет десятки!
- Потерял?.. - посочувствовала продавщица.
- Не знаю... Вроде бы...
- Эй, парень! Ты чё там уснул что ли? - загалдела очередь.
Делать нечего - вернул продукты назад. Весёлость, будто, рукой
сняло. Поплёлся домой. Как на глаза матери показаться? Ведь убьёт... Деньги-то
последние... А, может, дорогой обронил?.. Осмотрел тропинку, назад вернулся. В
магазин зашёл, может, там... Нет, нету... Наверное, вот здесь в сугробах и
выронил, когда с ребятами бесился. Теперь лежит моя десятка где-нибудь и на меня
поглядывает да посмеивается: "Ищи, ищи, дурень. Так тебе и надо!".
- Ванюха, чё ищешь?- Дружки-приятели подбежали. Все сугробы
перевернули. Долго кувыркались - искали. Чуть ни носом весь снег перерыли. Не
нашли.
- Влетит от матери? - понимающе волновались пацаны.
- Влетит...
Ладно, бойся - не бойся, а домой идти надо. Как говорится, "семь
бед - один ответ!"
Пришёл. Застыл у порога с убитым видом. Мать сразу смекнула
неладное...
- Тебя только за смертью посылать, честное слово! Ну...
рассказывай, чё так долго прохлаждался... - грозно потребовала она, наступая. -
Где продукты?..
- Деньги потерял... - глухо пробубнил я.
- Чего?.. Да будет тебе?!.. - не поверила мать, замахала руками.
- Да...
- Как потерял?- упавшим голосом, почти шёпотом спросила, - Где?
- Не знай... - я всхлипнул. - Набрал всего, сунулся - денег
нету...
- А ты их искал? Мож, дорогой ли в магазине где выронил? -
пытала она с далёкой надеждой в голосе.
- Везде искал, нигде нету...
- "Нигде нету" - передразнила. - Пим дырявый! Ещё же
предупредила, чтоб аккуратне был! Как в воду глядела!
Мать не унималась:
- Может, истратил - с ребятами купили чего? - Ядовито заметила:
- Они на дармовщину-то с удовольствием...
- Да не тратил я! Потерял, понимаешь, по-те-рял!
- Вражина, ты же нас без копейки оставил. Думала до получки
дотяну... Теперь опять по займам бегать! Олух ты Царя Небесного! Ирод... Вот
ирод-то навязался на мою голову... - Мать завелась, лицо пошло красными пятнами.
Долго она словами, что крапивой, меня по морде хлестала. Выплеснула всю боль за
жизнь нескладную, за одиночество, ещё за что-то... Не успокаиваясь, нервно
потянулась за дедовым ремнём, висевшим на стуле:
- Ну я те щас...
Я сьёжился, готовый к заслуженной каре...
- Да в концах-то концы! Угомонисся ты аль нет? - неожиданно
саданув кулаком об стол, гаркнул дед, тощенький бойкий мужичошка. Жилы на его
шее взъерепенились. Волосы метёлкой защетинились.
- Положь рeмень откуда взяла! - строго велел дочери. Чего
прицепилась к парню как банный лист к заднице? Чё ты его распекашь-то всё время?
Воспитывая дочь, дед нечаянно смахнул со стола тарелку с
блинами. Та - вдребезги. Блины шлепанулись на пол, оставляя масляные пятна.
- Ну вот, к щастью... - проворчал он, быстро успокоившись.
Проковылял в свой угол. Оттуда уже тихо попросил дочку:
- Подбери стекло... И не донимай парня, Прасковья, не донимай.
Продолжал рассудительно:
- Ну потерял - потерял... Невелика утрата. С кем не бывает...
Стоит ли из-за энтого так уросить, доводить до истерики себя и прочих...
Помолчал, достал сигаретку, размял, роняя рыжий табак на стул,
подосадовал:
- А в своих бедах неча мальчонку винить. Судьба такая, видать,
на роду тебе написана...
Затянулся с настроением:
- Дотянем как-нинабудь... не перживай. Не деньги нас заробляют,
а мы их. Вот пимы подошью, глядишь, подкинут деньжишек. Не бесплатно, чай,
гроблюсь...
Солдатские штаны-галифе, очки на лбу, дерматиновый фартук на
голо тело, шило и дратва в жилистых руках, придавали ему вид мастерового прошлых
лет. Дед быстро вспыхивал, но и скоро отходил.
Мать, горько вздохнув, молчком бросила на стул ремень, подобрала
остатки тарелки, блины, протёрла пол, вышла в сенцы, хлопнув дверью. Я отодвинул
в сторонку кучу старых валенок, присел к деду-заступнику. Старик потрепал меня
по волосам:
- Ох неулака ты, Ванюха, забодай тебя, комар!..
Я осмелел, зашептал ему, уткнувшись в волосатое ухо:
- В сам деле, деда, я ж не нарошно, чё она... как эта...
- А ну-ка цыть, огрызок! - осердился дед, угостил ладошкой по
затылку.
- Зелен ещё старших судить, тем боле - мать. Сопли подбери
сперва да подрасти маненько.
Я поперхнулся на полуслове, прикусил язык.
- Лучи иди вон чупруны свои причеши - торчат во все стороны... -
Хмыкнул, - мар-ракас...
Что сказать? Кругом виноват.
Прошло больше года. Все уже забыли о той пропаже. Все, но только
не я. Вина за легкомысленно потерянные деньги, на которые вполне можно было
прожить несколько дней, ещё долго мучила меня.
На праздники снегу навалило - не пройти, не проехать! В посёлок
на зимний отдых прибыли дачники. Подрядился я сугробы у них разгребать.
Несколько дней от двора ко двору бегал - неплохо заработал.
- И где тя носит цельными днями? - удивляется дед.
Но я маме с дедом ничего не говорю, деньги не показываю. Хочу
сюрприз сделать.
А нынче я за хозяина. Мама чего-то расхворалась, и дед кряхтит в
своём углу - нога раненая к непогоде донимает.
Поутру натопил я избу. Тепло. Хорошо. Своих чаем напоил, сам
пошёл снег чистить.
Иду по проулку. Задумался... Смотрю, на меня тётка прёт - на
коромысле пустые вёдра болтаются. Ёлки-палки, и убежать-то некуда - снегу по
пояс! Ну всё, пустые вёдра - жди неприятностей. На всякий случай деньги в
потайной карман спрятал.
Вышел на трассу. Какой-то мужик мордатый, проезжая на
легковухе, меня увидал, затормозил:
- Слышь, парень, видал, ты снег дачникам чистишь... разгреби у
моего гаража, чтоб машину загнать смог. И площадку во дворе освободи, - показал,
где.
- Сам бы справился, да нет времени - на работу срочно надо.
Сделаешь?
- Угу... Деньги не лишние. - намекнул, что не задарма тружусь.
Расчистил дорожки, всё как положено. Площадка большая
получилась. Освободил проезд к гаражу, скамейку. Высокий сугроб навалил,
утрамбовал... Наломался, устал. Плюхнулся на скамейку. Пар как из самовара
валит. Пот - градом. Бросил пальтушку на сугроб. Шапкой пот обтёр и швыранул её
вслед за пальтушкой. Шапка скатилась под ноги. Я лениво её поддел ногой, на
сугроб пиннуть собрался... Смотрю, под отворотом, что-то краснеет...
Интересно... Взял шапку. Ёлки-палки!.. Неужели?.. Вытащил... Точно! Хм... Надо
же... Десятка! Вот зараза, а! Красная, со стыда, наверно, что не показывалась
столько времени!
Я тут же вспомнил, что запихнул тогда бумажку под отворот -
боялся потерять. Как же я мог забыть-то, а?.. И маме столько расстройства...
- Молодой человек... - ко мне подошла девочка интеллигентного
вида в накинутом на плечи каракулевом пальто. Хозяйка-дачница.
- Молодой человек, немедленно оденьтесь!
Ну, прям, учительница, куда тебе!
- Зима всё-таки. Не заметите, как простудитесь.
Я покорно оделся. И, правда, простыть могу.
Хозяйка протянула деньги:
- Это за труды. Спасибо большое.
- Н-не надо... - я засмущался. Ёлки-палки, откуда она взялась,
такая хорошенькая?
- Надо-надо. - девочка решительно сунула в карман моей пальтушки
деньги.
- Спасибо...
Она не торопилась уходить.
- Скажите, а Вы в этом посёлке живёте?
- Ага...
- Меня Аней зовут. - просто сказала девочка.
Так познакомился я с Аней, моей будущей женой.
А тогда... Я летел домой как на крыльях! Ёлки-палки, какая
девчонка!
По дороге встретилась уже знакомая легковушка. Остановилась.
Открыл дверцу тот мужик-заказчик, как потом выяснилось, Анин отец.
- Слушай, парень, ты снег убрал? - спросил торопливо.
Я кивнул.
- С тобой рассчитались?
- Да. Спасибо.
- На-ка вот тебе ещё... - Он скрылся в машине, шумно сопя,
вытащил большой свёрток.
- Это - куры. Свежие. Смотри, какие барбосы! - развернул,
похлопал по тушкам. - Есть куда положить?
- Нет... Да что Вы, не надо! - скромно заотнекивался я.
- Знаешь, как у нас говорят? "Бьют - беги, дают - бери!" Так
что, бери и не разговаривай! - приказал Анин отец. Он сложил куры в свою сетку.
Протянул мне. - В магазинах - "шаром покати", а ты - "не надо"! Домашние ещё
"спасибо" скажут. Я-то себе лишка выписал - на птицефабрике работаю. - пояснил
он. Сел в машину и уехал.
Хм-м... Ёлки-палки... дела... Вот это денёк у меня сегодня! Вот
тебе и пустые вёдра!
Уже смеркалось. Я зашёл в магазин. Отстоял очередь. Купил хлеб,
сахар, масла бутылку. Аккуратно сложил в карман сдачу с десяти рублей, к ней
прибавил все деньги, заработанные за эти дни. Затаренный побежал домой.
Я представил, как сейчас обрадуется мама:
- Кормилец ты наш!
Как весело крякнет дед и потреплет меня по макушке:
- Ух, Ванька, большой ты у нас стал, забодай тебя, комар!..
Как сядем мы все за праздничный стол и будем есть домашнюю лапшу
с курицей, и долго-долго разговаривать...
И ведь, как я мечтал, так в точности оно всё и случилось!
|
|
